Слава Доронина

– Цель поездки, – строго говорит мужчина с черными глазами. Я бы и рада ответить, но сползающая бретелька и его царапающий взгляд лишают меня всяких здравых мыслей. – У вас принято допрашивать туристов или мне одной так повезло? Он усмехается едва заметно, уголком губ. – Повезло. У нас некоторых не спрашивают. Их просто по кругу пускают. Повторяю вопрос. Цель приезда. А я… я правда не знаю, что ответить. Ни один из вариантов не устроит Сиди Ясина. – Тогда снимай свое тряпье. И не дергайся. – Ч… что?.. – голос предательски срывается. – Когда начальник поручает мне отправиться в пустыню на поиски своего пропавшего брата, я соглашаюсь сразу. Я журналистка. Загадки – моя работа. И моя слабость. Теперь я в Сахаре. Под видом обычной туристки. Пытаюсь понять, что произошло на самом деле. Вот только пустыня не любит любопытных. И особенно тех, кто оказывается ночью без связи. Лицом к лицу с опасным мужчиной, который явно знает об этой истории намного больше, чем говорит. И почему-то совсем не спешит меня отпускать. ОДНОТОМНИК. ХЭ. Содержит нецензурную лексику.

– Наташ, сколько ему? – спрашивает брат и протягивает руки к Тимуру. – А если бы я случайно в гости к тебе не приехал и дальше молчала бы, что сына родила? Динар о нём тоже не в курсе? Чувствую, как по щекам текут слёзы и отворачиваюсь. – Он сейчас у вас в городе. Вы виделись? – Буквально на днях. Он будет вести бизнес с Градским. Максим, прошу, ничего ему не говори о Тимуре, ладно? Он скоро улетит, а я… Мне страшно пережить эту боль снова. К тому же я согласилась дать Илье шанс… Брат тяжело вздыхает. – Я-то не скажу, но если он его увидит, без слов всё поймёт. И тогда, Наташка, что будешь делать?

– Отличный вариант, Григорий Игоревич. Компания на грани банкротства, но жила – золотая. Руку даю на отсечение, при грамотном подходе через год прибыль утроится. Смотрю на помощника поверх чашки с кофе. – Рассказывай подробнее, что за фирма, почему я не в курсе? – Владелец погиб, оставил после себя долги и врагов. Сейчас у руля девчонка. Молодая еще, зеленая. Прессануть ее и вырвать фирму за гроши – не проблема. – Девчонка? Нет, мы этим не занимаемся. Только легальная деятельность. – Да она сама умоляет о встрече, ей уже угрожают. Довели до отчаяния. Не мы, так другие. Весь телефон оборвала, просила уделить ей время. Хотя бы пару минут. Уверяет, что на всё готова. По доброй воле. – На всё? – Сверяюсь со своим расписанием. – Ладно, скажи, что я согласен встретиться. Сегодня в восемь. И пусть оденется поприличнее. В книге присутствует нецензурная брань!

– Это моя дочь Мия. Будешь за ней ухаживать. Как за своей. Дамианис оставляет люльку с младенцем на диване и идет к бару. – В смысле? – Мельком оглядываю спящую девочку, не веря, что она настоящая. Такая крошка. На куклу похожа. – Что непонятного я сказал? – От интонаций Леона веет арктическим холодом. Все! Все непонятно! И особенно – как я могла полюбить это бездушное чудовище. Мало того, что Дамианис однажды купил меня как какую-то вещь, так теперь еще принес своего ребенка от другой женщины и требует о нем заботиться. Содержит нецензурную брань.

Наташа знала Динара Асадова всю жизнь. Он был из семьи, из близкого круга, всегда рядом. Сдержанный, закрытый, чужой. Такими мужчинами не увлекаются. Их не любят. Но события одного вечера стирают между ними все границы, и Наташа влюбляется. Динар отвечает взаимностью. Однако эта связь в итоге оставляет слишком много боли и недосказанности. Наташа уходит, учится жить с разбитым сердцем, переезжает и заново выстраивает свою жизнь. Но Асадов возвращается. Его появление вытаскивает наружу то, что не получилось забыть. И, похоже, не ей одной. Динар пытается вернуть себе место в жизни Наташи. Теперь между ними не просто чувства, а прошлое: тайны, жестокие решения и цена, которую за них всё равно приходится платить.

У меня теперь две жизни – до встречи с Демьяном Сколаром и после нее. Он выжег мне душу, разбил сердце. Выбрал свою жену. Предначертанный конец. Я думала, что больше никогда не впущу этого человека в свою жизнь и наши пути не пересекутся. Но судьба распорядилась иначе. Содержит нецензурную лексику

– Извини, Даша. Я вынужден отстранить тебя от проекта, – говорит мой босс. – Что?.. – удивляюсь я. – Оскар, ты ведь знаешь, как мне нужны деньги. Мы с тобой договаривались… – Мы ни о чем не договаривались, – жестко обрывает он. – Это Дамианис тебе приказал? – вдруг накрывает пониманием, из-за кого я опять лишаюсь с таким трудом обретенной стабильности и важного для меня заработка. – Я сказал, ты отстранена, – холодно повторяет Оскар. Полчаса назад босс познакомил меня с нашими новыми компаньонами. Среди них был Дамианис. На мгновение показалось, будто Зен рад меня видеть, но сейчас прихожу к выводу, что грек решил снова испортить мне жизнь. Вот только за что? В книге присутствует нецензурная брань!

– Ты проткнула презервативы иголкой? Ань, ты в своём уме? – Ну а что? Яр не торопится с предложением. Я решила взять всё в свои руки, – как ни в чём ни бывало сообщает сестра. – И вообще-то, Сонь, спрашивать нужно, когда трогаешь чужие вещи. Откуда мне было знать, что после размолвки с Владом ты приведёшь в мою квартиру мужика и вы используете запас бракованной защиты? – Ну просто замечательно, – произношу убитым голосом. – Погоди, ты хочешь сказать, что этот ребёнок не от Влада? – Аня переводит огромные глаза на мой живот. – Я подумала, что врач ошибся со сроком, но, похоже, никакой ошибки нет. Я жду ребёнка от человека, который унизил меня, оставив деньги за близость.

- Что я с ней делать буду, Мих? Сопли взрослой девице подтирать? - Скорее собственные слезы, - он указывает на седую голову. - Пригляди за дочкой, пока меня не будет. Кстати, вот и она. Кристин! - окликает худую блондинку, входящую в гостиную. Я перевожу взгляд. Дочь Михаила я не видел лет с четырнадцати. Тогда она была подростком. Сейчас же передо мной красивая девушка. Которую вчера ночью я привез из клуба. - Привет, Кри-Кри, - улыбается Михаил. Она смотрит раздраженно. - Сколько раз говорила не называть меня так при чужих. - Родион не чужой. И присмотрит за тобой, пока я в отъезде. Дом большой. Разместитесь. - Что?.. - Так надо, дочка, - давит Михаил. - И этот твой Агутин... - Я против, - обрывает она и уходит. Михаил вздыхает, кладет ключи на стол. - Дубликат. Она к тебе не переедет. С меня магарыч. Я смотрю ей вслед. - Что за Агутин? - Бывший ее. Казанова недоделанный. Значит, вчера она из-за него творила глупости? Прав Миха. Без присмотра лучше не оставлять. ОДНОТОМНИК. ХЭ.