Новые книги в коллекции: Очень эмоционально

– Ты мне кое-кого напоминаешь… Он цепляет пальцем упавшую на лоб прядку, мимолетно касается кожи лица… И я вздрагиваю. Потому что он мне тоже кое-кого напоминает. – Ты ошибся, – говорю как можно более уверенно, – я здесь совсем недавно… – Ошибся, – кивает он, – но это не важно. Ты во сколько заканчиваешь? Я заеду. – Нет, – отвечаю я. – Почему? – Потому что воспоминания неприятные. Я хотела помочь попавшей в беду сестре и ее сыну. А в итоге попала сама. И теперь спасти моих близких людей может только человек, похожий на самый мой жуткий ночной кошмар… В книге присутствует нецензурная брань!

Я сбежала от нелюбимого жениха, оказалась одна ночью в чужом городе. Меня спас чужой незнакомый мужчина, гораздо старше меня, самый обычный работяга… Спас, приютил и ничего не потребовал взамен. Пригрел, как выброшенного котенка. А я и пригрелась. Да так, что уходить страшно. Потому что он перестал быть мне чужим. Потому что самое безопасное место в мире За его спиной… Разница в возрасте. Взрослый неидеальный мужчина Наивная девушка Первая любовь Экшен и чуть-чуть драмы ХЭ

– Я дорого за тебя заплатил, Барби. – Не прикасайся ко мне! Я не кукла, хватит меня так называть. – Свадьба через три дня. И ты станешь моей женой, – проводит костяшками пальцев по щеке. – Игрушкой, – его пальцы уже касаются ключиц. – Станешь той, кем я захочу. И я буду тебя трогать. И на колени встанешь, как и положено послушной супруге. Ему нужна была жена, а моему отцу – деньги. Я – разменная монета. Равиль Байсаров привык получать все, что хочет. Он монстр, который пугает до дрожи. А от монстров нужно убегать. Что я и сделала… Содержит нецензурную лексику

– Тагир, я так не могу больше. Она смотрит на меня, моя беда, моя самая главная проблема в жизни. Моя женщина. И снова говорит то, что мне не нравится. То, что я не хочу слушать. Но слушаю. – Так не может больше продолжаться, понимаешь? Ты с ума совсем сошел. Она медлит, ждет от меня каких-то слов. А я не могу ничего сказать. Потому что она права. Сошел. Сразу, как ее увидел. И до сих пор не могу прийти в себя. Она говорит разумные, с ее точки зрения,вещи. И, наверно, хочет уйти. Но она не понимает, что этому не бывать. Что она моя. Ее дочь – моя. Наш сын – мой. Они все – мои. И я за них готов любого на клочки порвать. Я хочу ей это сказать, но молчу. Такие вещи не говорят. Такие вещи доказывают. Делом.