Серия книг Второгодка

Гнев есть желание зла огорчившему. Вспыльчивость есть безвременное воспаление сердца. Огорчение есть неприятное чувство, гнездящееся в душе. Раздражительность есть удобопреклонное движение нрава и безобразие души. Это сказал Иоанн Лествичник. И, да, гневаться плохо. Даже очень плохо. Прежде всего для того, кто гневается. Знал ли я об этом? Конечно, знал. Да вот только поделать ничего не мог. Если уж разгоралось во мне это пламя, то горе совершившему несправедливость. Горе. И ожидали его вой и скрежет зубов. Вой и скрежет зубов. Страшные слова, от них даже мороз шёл по коже… Неизвестный мне парень с презрительной ухмылочкой, с такой лёгкостью оскорбивший незнакомую ему девушку, наверное, заслуживал того, чтобы с ним хорошенько поговорить, объяснить ему, в чём он неправ и почему нормальный, порядочный человек не может поступать таким образом, почему это низко, почему это отвратительно и гадко.

Сергей Краснов школьник, которым стал опер Бешеный, убитый в 1995м. Оказавшись в нашем времени, он с удивлением обнаружил, что некоторые бандиты из девяностых процветают до сих пор. У него есть свой кодекс, а справедливость для него всегда была выше закона. И если закон слеп, он сам наведёт порядок. От школьника-второгодника мало кто ждал удара. И это было ошибкой. Но теперь всё иначе. Он игрок в крупной игре и с ним нельзя не считаться. Девушки его обожают, сильные мужчины ищут его дружбы. Главное, не стать уязвимым, всё больше привыкая к новому времени!

Сергей Краснов – школьник, которым стал опер Бешеный, убитый в 1995м. Справедливость для него выше закона, и ничто не заставит его изменить своим принципам. Шутки давно закончились и оперативная игра вышла на уровень, когда ставки становятся выше некуда. Кажется, Сергей получит возможность не только покарать злодеев из его времени, но и зацепить более крупную рыбу. Вот только сохранить бы собственную жизнь в этой битве.

Честно говоря, если и есть что-то действительно неизменное в нашем мире, так это его постоянная изменчивость. Всё течёт, всё меняется, нельзя два раза войти в одну реку и всё такое прочее. Передо мной стоял Чердынцев и утверждал, что всё изменилось. Если честно, выглядел он абсолютно так же, как в последний раз, когда я его видел. И времени с момента нашего расставания прошло не так уж много. Да и событий тоже не так, чтобы много пронеслось. Тем не менее, что-то, судя по всему, пошло не так. – И что именно изменилось? – вопросительно кивнул я. – Рад вас видеть живым и невредимым. А то мне в голову всякая белиберда лезла. Чердынцев стоял посреди коридора моей квартиры. На нём было пальто и руки он держал в карманах. – Ну, особо удручённым ты не выглядишь, – усмехнулся он. – Да? – усмехнулся я. – Хорошо маскируюсь.

Выстрел в помещении звучит совсем не так, как на открытом пространстве. В лесу, а тем более в поле, он теряется, превращается в несерьёзный хлопок. Ручками хлоп, хлоп, хлоп Ножками топ, топ, топ Весело покрутимся Ой, как славно трудимся! Правда, разносится этот хлопок далеко. Совсем другое дело стрелять в пространстве замкнутом. Это резкий, короткий, но очень сильный удар. Бах! Как маленькая пушка. Звук отражается от стен, многократно отскакивает от одной к другой, от другой к третьей, нагромождая эхо, гулкое и громкое. Пустое помещение с голыми стенами отлично усиливает и размазывает звук. В нём происходят звуковые интерференции и всякая прочая хрень. И слышно его очень хорошо во всём здании, если, конечно, у вас не идеальная звукоизоляция, как в звукозаписывающей студии. Никита шарахнул из своего «Макарова». Кисло запахло порохом.

Приключения продолжаются! Опер из 90х оказался в нашем времени, да ещё и в теле школьника. Ему ещё предстоит разобраться в технологиях и тонкостях новой эпохи, но он знает главное: люди не меняются. И он видит их насквозь. Его кредо – справедливость! За его плечами Афган и служба в милиции, опасные дела и смертельные схватки. Так что тем, кто предал и убил его тридцать лет назад придётся несладко. А заодно достанется мажорам и малолетним преступникам. Он заставит их свободу любить!

Что если ты вернулся в школу со всеми знаниями, которые накопил? Что если ты — волк, а твой класс — стая избалованных щенков? Что если среди них — сын того, кто тебя предал? В девяностых, он был опером и погиб, защищая невинного. Но не умер, а перенёсся в тело десятиклассника в наши дни. А значит история с его убийством ещё не закончена. Он должен отомстить предателям и восстановить справедливость. Ведь у него есть собственный кодекс чести. Но сейчас его положение — хуже некуда. Одноклассники — мажоры, директриса хочет отчислить. А старые враги имеют власть и силу. Только он не привык сдаваться. Он человек старой школы и готов бросить вызов всему миру!