Новые книги в коллекции: Развод

– Когда мы ей расскажем? – Ты с ума сошла? Если моя жена узнает, что ты беременна от меня, она убьёт нас обоих! И всё бы ничего, но это был разговор моего мужа и... моей мамы.

- Я не знал, что ты здесь работаешь, - говорит Давид, едва двери лифта закрываются. Я гляжу в глянцевое отражение самой себя. Плевать вообще. - Если бы знал, отказался бы от контракта. - Откажись сейчас. Вижу боковым зрением, как пытаясь поймать мой взгляд, он склоняет голову набок.- Сейчас уже поздно. Сейчас мне проще уволить тебя. - Я сама уволюсь, - выдавливаю через перехвативший горло спазм. Пять лет назад, когда он изменил и сам развелся со мной, я готова была бежать за ним босиком по снегу. Теперь точно так же я готова бежать от него.

- Ты зачем половину квартиры ей продала? – у Сашки лицо злое, глаза молнии мечут, боюсь-боюсь, напугал. - А что такое? – сделала глаза удивлённые. – Это же твоя любимая женщина, полгода ты с нею тёрся, вот и живите дружной семьёй, мешать не буду. - Ты мне должна была предложить твою долю выкупить, по закону так положено, - ах, мы ещё и законы знаем? - А у тебя что семь миллионов есть сейчас? – именно за столько я его полюбовнице свою долю и продала. - Нет, но - Ну а в чём тогда вопрос? – скажи спасибо, что за такие дела рожу не расцарапала. - Да не хочу я с нею жить! - А придётся, милый Саша! – поправила свою новую причёску, демонстративно по выдающейся фигуре руками провела, закинула ремешок сумочки на плечо и красиво пошла к своей новой машине. – Будь счастлив, дорогой! Думала, ну всё заживу спокойно! Да как бы не так! Соседа Угрюмого мне бог подкинул!

– Ты так и не сказал, почему развелись? – Лажанул я… – прикрыл глаза. – В порчу веришь? – Нет, конечно. – Вот и я не верил. Но все катится вниз, как будто меня прокляли. Скандал за скандалом… Провал. Сын меня видеть не хочет. Рядом с женой мажор ошивается. Бесит… – А причина? Ты налево гульнул? – Да я вообще не помню, как это произошло. Корпоратив, выпивка, отдых на базе за городом… Вкл-выкл. Проснулся с девкой в одной постели, но думал, обошлось! – Судя по спойлеру в виде развода, ни хрена не обошлось… – Не обошлось. Бахнуло… На юбилее любимой тещи вместо семейного поздравления хоум-видео со мной в главной роли крутится… И я там… чистый жеребец! – закрыл лицо ладонями. – В любой другой ситуации я бы даже гордиться собой начал, а так… Я в заднице! Как все исправить? Содержит нецензурную лексику.

— Марина, я все объясню…это ошибка — Мама, я хотел рассказать…я не знал, как.. Но я их не слышала. Внутри меня что-то оборвалось. Та тонкая струна, что двадцать пять лет играла мелодию любви и доверия, лопнула с оглушительным звоном, который слышала только я. Боль была физической, она скрутила мои внутренности в тугой, раскаленный узел. Мне хотелось закричать, бить посуду, вцепиться в лицо мужу… Вместо этого я присела на корточки, заглянула в заплаканные, испуганные серые глаза дочери моего мужа. — Как тебя зовут? — Аня… Я через силу заставила свои губы растянуться в подобие улыбки. — Не бойся, Аня. Тебя никто здесь не обидит. Лида, отведите Аню в гостевую спальню. Покорми и включите мультики. Потом я обернулась к мужу и сыну. На моем лице не дрогнул ни один мускул. — Праздник продолжается. И, расправив плечи, с идеальной осанкой и вежливой улыбкой на лице, вернулась в гостиную, где все еще играла музыка и смеялись люди, не подозревающие, что мой мир только что сгорел дотла

– Ты мне изменяешь? – Тут, вроде, всё очевидно, – мой любимый муж лениво прикрыл одеялом свою любовницу… мою лучшую подругу Анжелку. Я смотрела на них и не могла поверить. На глаза навернулись жгучие слёзы. Я его любила. Искренне. Знаю, что и он меня когда-то… как же так? – Я ухожу, – выговорила я глухо, сдерживая рыдания. Миша раздражённо усмехнулся и мрачно велел: – Не устраивай истерик. Не позорься. – Я подаю на развод, – сказала, выходя из спальни. И услышала за спиной спокойное: – Развода не будет, любимая. Содержит нецензурную лексику.

Алина Воронцова восемь лет была удобной женой: держала дом, встречала гостей, терпела холодность мужа и улыбалась его семье, даже когда хотелось уйти. Однажды Артем положил перед ней документы на развод. Спокойно, почти деловито. У него уже была другая женщина, готовые условия и уверенность, что Алина уйдет тихо. Но развод на двоих не делится. Нельзя поровну разделить измену, годы молчания, пустой дом и право снова стать собой. Алина начинает жизнь без фамилии мужа и возвращается к профессии дизайнера. А рядом появляется Даниил Орлов — мужчина, который видит в ней не бывшую жену Воронцова, а талантливую женщину. И чем увереннее становится Алина, тем позднее Артем понимает: он потерял не удобную жену, а человека, на котором держалась его жизнь. Только теперь его раскаяние уже не решает за нее.

Сообщение с признанием в любвичто может быть приятнее в конце тяжёлого рабочего дня? Вот только признание адресовано не Вере, хоть и написано её мужем. Но кто-то неизвестный очень хотел, чтобы она узнала о циничном предательстве. После счастливых четырнадцати лет брака Вера вынуждена пройти через тяжёлый развод, осознать, что муж пылко влюблён в другую, и найти в себе силы шагнуть в новую жизнь без иллюзий и веры в чудо. Или всё-таки не стоит лишать себя шанса на волшебство? Обязательный ХЭ!

Три выкидыша за четыре года. «Попробуем ещё», — говорил муж. «Пустоцвет», — шептались за моей спиной. Когда тест наконец показал две полоски — я поверила в чудо. Бросилась к мужу. Хотела увидеть счастье в его глазах. Увидела — её. На его столе. В его кабинете. Под нашей свадебной фотографией. Четыре месяца. Весь город знал. Кроме меня. А потом в больницу пришла свекровь. Улыбнулась: "Пустоцвет. Вот кто ты. Отпусти моего сына. К женщине, которая СПОСОБНА рожать. Эта женщина — уже беременна".

— Как вы смеете говорить, что мой отец домогался вас? — произнёс генерал Ассер Вельтер, мой муж. — Он сказал, что вы сбежали с любовником. Вы собираетесь и дальше разыгрывать верную жену или всё-таки скажете правду, где вы были всё это время? Его отец одурманил меня, замуровал заживо в тайном помещении после того, как я отвергла его домогательства. Я провела в темноте несколько дней без еды и воды, а когда невозможным образом оказалась в лесу, с разбитыми в кровь ногами пошла домой. Только за время моего исчезновения старый герцог успел подготовить доказательства моей измены. Теперь Ассер требует развода. Он не знает, что его отец не покинул этот дом после смерти и приходит к слугам по ночам, продолжает охранять свою ложь. До подписания документов осталось несколько часов. Но даже если я успею доказать, что не предавала мужа, останется другой вопрос. Смогу ли я простить Ассера за то, что он поверил мертвецу, но не поверил жене, которая вернулась к нему из собственной могилы?

Я пришла в суд, чтобы поставить точку. Три года я была женой генерала Мирослава Тарновского — человека, которого боялись подчиненные и которому верили все, кроме меня. Он умел спасать людей из огня, держать под контролем закрытый центр и отдавать приказы так, что никто не спорил. Но дома он молчал. Исчезал по ночам. Прятал звонки. И однажды я увидела рядом с ним женщину, после которой наш брак уже не смог стать прежним. Я подала на развод. Но в день первого заседания мое имя появилось в деле об утечке закрытых данных семей спасателей. Мою подпись нашли там, где ее не могло быть. Мой доступ использовали ночью. А мой развод превратили в удобный мотив: обиженная жена генерала решила отомстить. Чтобы доказать невиновность, мне пришлось вернуться в его мир. В закрытый центр «Каскад». На месяц. Под его командованием.

– Снимай всё. Муж рвёт на мне платье, больно хватая за плечи, словно проверяет, не вздрогну ли я. – Всё это купил тебе я. Без меня ты никто. Простая человечка, которой повезло. Отступает на шаг, обводя голодным диким взглядом моё обнажённое тело. – Туфли тоже снимай, – произносит хрипло. Я медлю всего секунду. Потом разуваюсь. Сама. Гордо вынимаю ступни из туфель. Холод впивается в кожу. Но это ничто. Хуже то, что я только что узнала. Мой муж. Генерал-дракон. Нашёл истинную и женится на ней. А мне – милостиво предложил остаться его любовницей. – Ну, и куда ты пойдёшь в таком виде? Он ждёт. Он уверен, что я сейчас сломаюсь и попрошусь вернуться. Но я разворачиваюсь. Делаю шаг. Ещё шаг. Сердце разрывается в клочья. Но я ухожу и уношу с собой тайну под сердцем. Прошло десять лет. Я возвращаюсь в столицу помощницей министра и больше всего боюсь встречи с бывшим мужем. Но судьба беспощадно сводит нас по разные стороны баррикад. Я не скажу тебе о сыне, генерал. И не смотри так на мои ноги. Эти роскошные туфли, как и всё остальное, я сама себе купила!

— Хватит с меня твоих измен, оправданий, унижения! Хватит, Малышев! Я тебе не игрушка, не рабыня, поэтому отпусти… Не мешай разводу, перестань подкупать судей и адвокатов. Иди дальше развлекайся с секретаршами, помощницами, а на сдачу пару шлюх сними! — Лер, может, ты забыла про брачный контракт? Я оказалась марионеткой в предвыборной программе своего мужа. Но когда я уже была на краю отчаяния, на моем пути встретился ОН… Добрынин стал моим спасением… Наглый, жесткий и преступно горячий владелец хоккейного клуба «Львы». Он не знает слова «нет», не умеет проигрывать, не щадит врагов, не видит преград. Прёт как танк, видя только цель… И этой целью стала я. Он тайфуном снес страх, укрыл меня от бед, нашептывая колдовское: «Я заберу тебя себе…». Я для него стала одержимостью, а он растопил на сердце корку льда, чтобы мы вновь поверили в любовь…

– Если бы я знал, что Таня разводится, уговорил бы её, и мы были бы вместе. Я её люблю, а она даже не позвонила, когда развелась. Говорит, не хотела мешать, потому что я женат. Ну и что, если женат?! – Ты действительно женат, причем на прекрасной женщине, которая тебя любит – Плевать мне на это, понимаешь ты или нет? Нравится тебе моя жена, так и забирай её! *** Карточный домик нашего брака простоял девять лет. А потом оказалось, что муж до сих пор любит другую, а меня готов сбыть с рук любому желающему.

Тридцать лет вместе, трое взрослых детей, трое внуков, а он в другую влюбился? И ещё теперь, между нами, выбрать не может? Ну так я помогу тебе выбор сделать, дорогой! Откуда только силы взялись, скидала его вещи в большую сумку и вынесла в коридор.

- Вадим Заболоцкий вам не родственник случайно? - Ну да, - Вадим всегда ездил именно под её началом, фамилии одинаковые, вот и спрашивает. - Они с женой такая интересная пара, всегда в номере сидят, ни с кем из группы не общаются, только вдвоём везде за ручку ходят, как влюблённые школьники. С женой? А я тогда кто? Сердце скололо тупой болью, одно дело подозревать и совсем другое, когда тебе об этом прямо в лоб говорят чужие люди, я знаю о ком речь Жизнь даёт трещину, и у меня два пути...либо терпеть, либо собрать волю в кулак и подать на развод!

— Я забираю свою клятву любви. И тем более верности, — Эрик поднял чашу и сделал глоток. — Брак расторгнут. Этого не может быть! Мой дракон, мой Эрик! Бросил меня через двадцать лет брака! Опозорил, объявив о разводе прямо при гостях! Теперь я служанка в собственном замке - без магии, без денег, без титула! Бывший муж грозится сделать меня прислугой для своей новой жены! Я не позволю топтать свою гордость. Сбегу! Но как мне начать все заново и убить в сердце любовь к бывшему?!

В мой свадебный салон внезапно приходит беременная дочь моей подруги, и я становлюсь невольным свидетелем ее разговора. — Юра сказал, что мы поженимся, как только он разведется. Он уже сделал мне предложение, — раздается из примерочной голос Милы. Из дальнейшей беседы становится ясно, что она ждет ребенка от моего мужа и собирается выйти за него. У меня в голове это не укладывается. Милана выросла на моих глазах, ее мать — моя лучшая подруга. Неужели у нее отношения с моим мужем, который старше ее на двадцать лет? Мы много лет в браке, у нас взрослая дочь, которая скоро подарит нам внука, и тут словно гром среди ясного неба: муж уходит от меня к любовнице. *** — Милана родила, — сообщает супруг. — Роды были тяжелыми. Она в реанимации. С ребенком все в порядке, но Миле придется долго восстанавливаться, поэтому я решил: через несколько дней я заберу сына из роддома и привезу сюда. Поможешь мне с ним, пока Мила будет в больнице. Она тебе не чужая все-таки. Выросла у тебя на глазах.

— Доктор, вы уверены? — я едва сдерживаю рвущийся из горла всхлип. Это не может быть правдой! Пожалуйста, нет! За что? — Дорогая моя, — женщина в форме мило улыбается и смотрит на меня из-под очков, — я двадцать лет говорю женщинам об этом. И ещё ни разу не ошиблась. Вы беременны. Закрываю лицо руками в попытке спрятаться от действительности. Это какой-то злой рок. Одна проблема за другой. И всё из-за одного человека! Я знаю, чей это ребёнок, и из-за этого сейчас так колет в сердце. Потому что ему не нужен этот ребёнок. Слышу, как тяжело вздыхает врач. — Понятно Срок ещё небольшой и вы можете Но договорить у неё не получается, потому что дверь в кабинет с грохотом распахивается и я прижимаю ладонь ко рту, сдерживая вскрик, когда вижу в дверном проёме его, отца моих детей. Одна ошибка. Жестокая попытка моего бывшего мужа доказать что-то. И как результат — две полоски на тесте. К чему это нас приведёт? Отдалимся ли мы ещё больше друг от друга или?

Иногда так тихо, что хочется кричать. Вроде всё есть: муж, дом, дети. А внутри — пусто. Потому что ты удобная. Потому что боишься остаться одна. Потому что с детства затвердила: любовь надо заслужить. Быть хорошей. Быть правильной. Не выделяться. А потом появляется другой. И ты летишь. Не потому что хочешь сделать больно. А потому что забыла, каково это — хотеть. Чувствовать. Жить. А дальше — как под откос. Муж унижает. Любовник исчезает. Ты мечешься от одного к другому, лишь бы не слышать тишину в квартире. А потом наступает день, когда нет никого. И ты понимаешь: спасения не будет. Только ты сама. Эта книга не рецепт. Это чужая исповедь, в которой слишком легко узнать себя. Удобную. Уставшую. Ту, что закрывает глаза, лишь бы не развалилось то, что и так мертво. После неё невозможно оставаться прежней. Она бьёт в живот. А потом поднимает и говорит: иди дальше. Одна — это не приговор. Это шанс наконец-то начать жить для себя.

- Если бы я мог, я бы тебя удавил! – сказал, как плюнул, а я не дрогнула, я смотрела без страха в его глаза и просто упивалась его болью. - Не нравится да? – я тоже была очень зла, но душа уже не болела, за эти пять дней, что он был в «командировке» всё выгорело там дотла. – Так это тебе око за око, зуб за зуб. - Что ты несёшь, Тань? – ощетинился, стоит, как скала и обиженного из себя строит. - Это тебе за Людочку, - дёрнулся, как от удара, и покраснел. – Она меня сама просветила о ваших любовных отношениях, вот я тебе и отомстила! - Дура! Там же несерьёзно всё было, я просто один раз контроль над собой потерял, а ты! Да я изменила своему мужу! Своему единственному и любимому, без которого не могла прожить ни одной минутки, а он контроль один раз над собой потерял? - А я не один раз! Я тебя, Свердлов, не-на-ви-жу! – мне хотелось расцарапать его красивое лицо в кровь, за то, что он сделал с нашей семьёй. – Твои вещи вон у порога, уходи! Только рогами за дверной косяк не зацепись.

- Вашей дочери нужна помощь. Прошу. Помоги... те, - хриплю с отчаянием, сердце кровью обливается - Моей?! - уточняет иронично. Миллиардер вскидывает бровь. На холодном лице впервые проскальзывает эмоция, очень похожая на удивление. - Да... я родила вашу дочку... - губы дрожат, но паника и отчаяние придают сил, - и нашей доченьке нужна помощь... Вновь эти цепкие ледяные глаза скользят по моему лицу, будто сканируют, оценивают. - Я не помню, чтобы с тобой спал. Выговаривает ровно, бьет словами наотмашь, а у меня слезы из глаз ручьем. - Вы и не спали... Мне сделали ЭКО...

«Посмотри на себя. Ты опустилась. О чем нам с тобой говорить? О твоих сериалах?» — я знаю, что он скажет именно это, если я устрою сцену ревности. И будет прав. Я действительно превратилась в тень самой себя: толстая, уставшая, зависимая. Пока я доедаю остывшие макароны и жду мужа из рейса, он обнимает другую у бассейна в Дубае. Она стройная, смеющаяся стюардесса, я – удобная домашняя мебель. Он думает, я никуда не денусь, уверен, что я в его власти. Но он глубоко ошибается! Я вытру слёзы, и начну действовать. У меня нет денег и жилья, но у меня есть шесть месяцев в запасе, чтобы полностью преобразиться! Я верну себе свою фигуру, я вернусь в профессию, чтобы однажды посмотреть мужу в глаза и сказать: «Я знаю про Оксану. И мне плевать на твои интрижки. Я подаю на развод, и катись к чёрту!»

— Какая телка! Третий размер? — Четвертый, — бахвально произносит мой муж и добавляет, кайфуя от каждого произнесенного дальше слова. — А как скачет на мне! Замираю, ошарашенная от услышанных фраз, и так и остаюсь на полпути на улицу в предбаннике ресторана. — Крутая, — с завистью в голосе тянет его собеседник. — Ты серьезно с ней или как? — Пока менять не планирую, — констатирует негодяй и продолжает показывать, видимо, фотографии своей шлюхи. — О, а это кто? — Не пялься. Это жена, — обрывает резко. — А у тебя и жена зачетная. — У меня все зачетное, — бросает самодовольно гад, которого еще пару минут назад я считала своим любимым мужчиной, своим мужем, и добавляет насмешливо. — Но знаешь, она уже выходит из строя, тюнинг, конечно, помогает, но это ненадолго. Старые только тачки котируются, а не жены. — Может, мне ее отдашь?

- Максим, что ты... Что вы... делаете? - шепчу, не веря своим глазам. Мой муж резко отстраняется, а мачеха поправляет волосы. - Ничего такого... Ты все не так поняла. Пять лет брака ушли коту под хвост. Муж изменяет мне с моей же мачехой. - Что? Я не так поняла то, что жена моего отца сидит на коленях перед тобой и... - Так получилось, - перебивает супруг. - Так получилось?! Признайся уже, что мы вместе больше года. И что я вышла за ее отца только из-за тебя. Чтобы рядом с тобой быть,взвизгивает любовница моего мужа. Я прихожу в ужас от услышанного. - Это... правда? - ахаю, сжимая в руке телефон, который все снимает. - Да вы... За все ответите!

– Что за чушь ты несешь? – вспыхивает Филатов, – Этот ребенок мне ник Осекается, оборачивается на моего рыжика, а я встреваю в паузу: – Он твой сын! – выкрикиваю изо всех оставшихся у меня сил, делаю шаг вперед, наступая. – У меня есть тест ДНК! – повышает голос Лешка. – Да плевать я хотела на эту бумажку, – отвечаю тем же тоном, а он дергается, как от пощечины, – Хочешь ты этого или нет, ты будешь растить Тима! – мой голос вздрагивает, срывается, – Потому что я умираю, а у него больше никого нет!

Мужгенерал драконовхолодно протянул мне документы на развод и велел покинуть дом до заката. Для его рода я бесплодная, лживая и недостойная жена. Для красивой драконицы, которую давно готовят мне на замену,досадная помеха. А для меня самой этот брак должен был закончиться в тот же день. Если бы не одно но. Кто-то очень боится, что я не успею уйти. Кто-то пытается убить меня раньше, чем станет явной правда. Потому что под сердцем я ношу тайного наследника генерала драконов. Теперь он хочет защитить меня. Слишком поздно. Теперь древняя магия называет меня его истинной. Слишком больно. Теперь весь род готов разорвать меня за ребёнка, власть и старые артефакты. Но я больше не та жена, которую можно сломать. Он однажды уже отверг меня. Второго шанса я не обещала никому.

– Я тебе говорю, через твою жёнушку весь город прошёл! – приговаривала свекровь, повиснув на плече своего сыночка. – Котик, поехали уже в аэропорт, Дубая́ ждут! – шептала его губошлёпка-любовница с другой стороны. Муж с презрением смотрел на меня, торжественно распечатывая конверт. Он не поленился собрать всех наших родственников. Даже ресторан снял, чтобы торжественно и прилюдно объявить о моей неверности. Тест ДНК оказался в его руках. Лицо Вити вмиг стало белым. – 99,9%... – он в ужасе посмотрел на меня, осознавая, что именно натворил. И вот тогда я сделала то, что предвкушала последнюю неделю – улыбнулась и сказала: – Мы разводимся, придурок!

Кто беременный? Какой ребёнок? Чей развод? Мы же только на прошлой неделе дочери свадьбу отыграли -Машка уже своим домом живёт, а тебе, Люсь, съехать отсюда придётся Галина именно в этом доме жить хочет, я неделю у неё поживу, а ты спокойно вещи собирай, не торопись. Благодетель ты мой! Из дома выгоняет, как будто одолжение мне делает! Неделя? Мне хватит! Развелась и уехала на другой конец страны злая на весь белый свет. Разве ж могла я себе представить, что счастье в лице капитана второго ранга найдёт меня и там. Только его подлечить малость придётся, морским ветром голову надуло бедняге.

Я увидела его своими глазами. Обхватив огромный живот обеими руками, я смотрела, как мой муж целует другую женщину на столе своего кабинета. Как она пачкает помадой его щёки. Они полуразделые... Они уже "после"... А я стою, роняя термос из рук, и по щекам катятся слёзы. Восемь месяцев беременности. Двенадцать лет брака. Двое детей дома. И вся моя жизнь, разлетающаяся на осколки за одну секунду. А потом моё тело пронизывает адская, дикая боль. Схватки. Преждевременные роды. Но я бегу прочь, не обращая внимания на крики предателя позади. И понимаю: ничего уже не вернуть.

— Я женюсь. На другой женщине. Наш с тобой брак, Катя, придется признать недействительным, — жёстко произносит муж, глядя в окно. Высокий, статный, беловолосый генерал-дракон. Руки дрожат, к горлу подступает ком. После десяти лет брака услышать такое… я ведь зашивала ему раны, стелила постель. Моталась за ним по захолустным гарнизонам и пыталась родить малыша. А теперь… Теперь в сердце будто воткнули раскалённый кинжал. Значит, это всё правда — мне ведь шептали про его измену, а я не верила! — Между нами всё кончено, — он разворачивается и пронзает горящим взглядом. — Собирайся, Катя, ты уезжаешь в монастырь. *** Прошло пять лет. Приближается война с демонами. Генерал ищет силу, спрятанную в ребёнке, которого я тайно от него родила. А я должна сделать всё, чтобы бывший муж никогда не узнал правду. ХЭ для тех, кто заслужит Зимняя атмосфера

Вернулась из командировки, а в постели — другая. Пока девица мнит себя хозяйкой, я ставлю крест на неверном муже. В сорок два жизнь только начинается: пора сменить слезы на искры счастья и заняться таинственным бабушкиным наследством. Багаж в прошлом, впереди — только драйв и настоящий мужчина!

Развод превратил нас в чужих людей. Имущество поделено, а дети-подростки сами решили, с кем им остаться. С точки зрения документов всё выглядит законченным и однозначным. Но реальность не подчиняется этим правилам. Она напоминает, что никакие договорённости не могут полностью стереть наше общее прошлое. Через случайные пересечения и проблемы она снова возвращает нас друг к другу, заставляя понимать, что полная отчуждённость так и не наступила.

– Я встретил другую женщину, – говорит он. – Я не искал этого. Но так вышло. Мы вместе уже почти год. И я я не могу больше жить вот так. Между вами. Он замолкает. Ждет. Наверное, он готов к истерике. К обвинениям, к крикам, к слезам. А я молчу. Потому что внутри уже нет ничего, что можно вылить наружу. Врач сказал про рак. Муж говорит про развод. Жизнь рассыпается на части – без боли. Просто падает в пустоту. – Я понимаю, – наконец говорю я. Он снова удивлен. Не такой реакции он ждал. – Я не хотел тебе делать больно. Ты хорошая. Просто мы разные. Стали разными. Ты живешь детьми. Домом. А я – А ты живешь собой, – заканчиваю за него.

Машина срывается со двора в ночь. Муж молчит, сжимая руль до побелевших костяшек — и я знаю почему. Несколько минут назад я увидела, как он предаёт меня с родной сестрой. А ещё раньше — свыклась с мыслью, что после аварии, изуродовавшей моё лицо, я стала для него обузой, которую стыдно показывать людям. Он давно решил: наш будущий ребёнок достанется не мне, а ей — чтобы сестра выглядела спасительницей, забравшей дитя у «сумасшедшей уродины». Пустынная трасса, холодный лес, ледяной ветер — вот куда он меня привозит. Дверь машины захлопывается, рёв мотора тает в темноте, и я остаюсь одна, босиком, посреди дороги, без денег и надежды на помощь. И тут внизу живота вспыхивает резкая, схваткообразная боль. Ноги подкашиваются, я падаю на асфальт, сдирая колени в кровь. По бедру стекает алая струйка — я на грани того, чтобы потерять и ребёнка, и саму жизнь. Кто спасёт меня в эту минуту полного одиночества — чудо или человек, о котором я и не смела думать — Генерал?

Однажды мы поняли, что от нашего брака ничего не осталось. Оба задыхались в нём. Я предложила развод, а он согласился — без колебаний. Мы не делили имущество и не устраивали скандалов, решив остаться хорошими родителями для нашей дочери. Мы думали, что сможем легко отпустить друг друга, но жестоко ошиблись. Особенно когда наружу всплыли тайны, о которых лучше было молчать